ВИРАБЯН Т.А. ПРОБЛЕМЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПОЛИТИЧЕСКОГО СУВЕРЕНИТЕТА ГОСУДАРСТВУ И ЕГО ОГРАНИЧЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Ключевые слова: , , , , , , , ,


ВИРАБЯН Т.А. ПРОБЛЕМЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПОЛИТИЧЕСКОГО СУВЕРЕНИТЕТА ГОСУДАРСТВУ И ЕГО ОГРАНИЧЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ


Библиографическая ссылка на статью:
// Политика, государство и право. 2012. № 12 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2012/12/614 (дата обращения: 28.09.2017).

Вирабян Тигран Араратович,

выпускник ФГБОУ ВПО Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации 2012

Аннотация

В современном мире проблема определения принадлежности суверенитета играет важную роль в том, какой объём полномочий в сфере социальной регуляции каждый народ делегирует государствам. Но также и проблема ограничения государственного суверенитета не менее актуальна в двадцать первом веке, когда мировое сообщество в лице международных организаций, в первую очередь в лице Организации Объединённых Наций, вынуждено вмешиваться во внутренние дела государств для обеспечения безопасности общества, личности и защиты прав и свобод человека. Данная статья призвана определить основной ряд проблем обеспечения суверенитета государств, народов человека.

 

В науке теории государства и права, пожалуй, более всего распространено мнение о принадлежности суверенитета государству как организации верховной власти в стране. Не будет лишним для начала отметить, что суверенитет государства – это его верховенство власти, то есть полновластие в реализации своих решений на своей территории, и в определённой степени независимости в отношениях с публичными субъектами международных отношений. Суверенитет участвует в обеспечении неделимого экономического, политического, культурного и правового пространства. Некоторые учёные считают, что он, по сути, и представляет собой целостность государства, хотя целостность государства безусловно отдельное явление[1]. Согласно современному этапу развития общества и его моральных и правовых ценностей государство должно являться не только носителем суверенитета в формально-юридическом понимании этого термина, но и носителем реального, политического суверенитета. Деление видов суверенитета на реальный (политический) и юридический представляется весьма обоснованным, такого деления придерживается, например, известный теоретик государства и права, профессор Орест Мартышин[2]. В соответствии с этим делением под суверенитетом в юридическом смысле понимается официальное наличие права быть носителем суверенитета, а под политическим суверенитетом понимается реальное признание определённой государственной власти как внутри страны, так и другими государствами и организациями, в том числе международными.

Сегодня уже никто не сомневается в том, что государство должно являться организацией, выполняющей функцию по реализации и охране суверенитета. Но не все государства обладают верховной властью на своей территории и степенью независимости, достаточной для признания их суверенитета. Некоторые же государства злоупотребляют своим суверенитетом, подавляя народный суверенитет, подавляя и незаконно ограничивая права и свободы своих граждан, даже если они закреплены в законодательстве государства, и почти всегда эти государства устанавливают антидемократический политический режим, в 21 веке это чаще всего полицейский политический режим.

Как уже было упомянуто, кроме государственного суверенитета существует народный суверенитет, суверенитет личности, и некоторые учёные приписывают также суверенитет праву. И, пожалуй, весьма спорен вопрос о  принадлежности государственного суверенитета самому государству в том современном его понимании, в котором очень часто его принадлежность проявлялась до 21 века, до эпохи весьма существенного изменения отношений между индивидом, народом, государством и международным сообществом в целом. Эти изменения заключаются в большей свободе населения государства и человека от самого государства не только в теории, но и на практике, нежели ранее, так как население всё больше осознаёт свои права на проведение различных акций протеста или свержения существующей государственной власти, проявляя тем самым народный суверенитет. В литературе господствующим является мнение о том, что суверенитет народа, хотя и является отдельным политическим явлением, вне чрезвычайных ситуаций и угрозы жизни и здоровью населения суверенитет народа проявляется в суверенитете государства[3] и является его источником, а также ограничивает собой государственный суверенитет[4], очевидно, для недопущения произвола со стороны государства. Есть мнение, что в таких формулировках можно обнаружить недостаток исключительно теоретического подхода к определению их взаимосвязи и взаимозависимости, так как на практике народный суверенитет не столько является источником и ограничителем государственного, сколько последний часто полностью заменяет собой суверенитет народа и даже частично суверенитет личности. И при данной ситуации сложно утверждать проявлении народного суверенитета в государственном. Но бесспорно, что такое подавление и подмена суверенитета народа и индивида не должно восприниматься как должное, а лишь как данное.

Что касается ограничения государственного суверенитета, то уже было изложено бесспорное положение о его ограниченности суверенитетом народа. Второй важный ограничитель государственного суверенитета – вмешательство в его дела уполномоченных органов международных организаций в случае массовых нарушений и подавлений прав и свобод человека на его территории, угрозы жизни и здоровью населения в первую очередь со стороны самого государства, но также и различных криминальных и террористических организаций при бездействии самого государства. Основным и единственным на сегодняшний день органом международной организации, имеющим полномочия по осуществлению силового вмешательства в дела какого-либо государства для обеспечения безопасности населения является Совет безопасности Организации Объединённых Наций. В соответствии с Уставом ООН[5] он реализует полномочия по обеспечению мира и безопасности, в том числе ограничивающие суверенитет государств. Самые актуальные из них – это полный или частичный перерыв экономических отношений и ведение военных действий против агрессора.

Отдельно обстоит ситуация с принадлежностью и разграничением суверенитета в федеративном и конфедеративном государствах. Сразу нужно сказать, что при конфедеративной форме государственного устройства суверенитет почти полностью разделён между государствами, вошедшими в конфедерацию, и лишь отдельные полномочия в сфере экономической, политической и военной  сфере делегированы самой конфедерации, так как считается, что конфедерация создаётся лишь для достижения определённых внешнеполитических, экономических или военных целей. Федеративное же государство больше напоминает собой целостное государственно-правовое образование со всеми вытекающими из этого его признаками. Чаще всего государства-члены не имеют право произвольного выхода из состава федерации, и в этом заключается одна из основных проблем разделения и принадлежности политического суверенитета в федеративном государстве, так как при данном условии оказывается бессмысленным вся сущность федеративного государства с провозглашаемым разделением суверенитета между федеральной властью и властью участников федерации. Часто в науке справедливо отмечается, что для сохранения федеративного государства важен баланс в разделении полномочий, вопросов ведения между федеральными органами власти и органами власти участников федерации. Но одна из основных проблем разделения суверенитета в федерации обстоит несколько проще в теории и несколько сложнее при разрешении на практике – иногда нелегко определить, создаётся ли федерация добровольным стремлением общества, народов к объединению своих сил для развития и противостояния внешней агрессии, или же федерация является попросту результатом политики могущественных государств, включающих в себя территории и часть суверенитета других государств. Важной проблемой при определении изменений и  пределов суверенитета также является неумение отграничивать реальный суверенитет государства и народа от власти политических и экономических элит  в государствах, группировок, стремящихся подменить суверенитет государства и народа своим суверенитетом, и опасность этой проблемы в том, что в случае такой подмены суверенитета ставится под сомнение существование и жизнеспособность государства. Но одно можно сказать точно – важным задатком создания эффективно функционирующей федерации является социально-культурное и экономическое сближение народов, наций, проживающих на объединяемых территориях.

Типичными примерами федеративных государств являются Российская Федерация и Соединённые Штаты Америки. В Российской Федерации весьма отчётливо закреплено разделение на вопросы ведения в федерации, совместного ведения федерации и субъектов федерации, и исключительного ведения субъектов федерации. Это разделение закреплено Федеративными договорами от 31 марта 1992 года «О разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации» (особо можно отметить использование в названии договора слов «суверенных республик» как признака наличия у республик существенных полномочий в отношениях с федеральным правительством), «О разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти краёв, областей, городов Москвы и Санкт-Петербурга Российской Федерации», «О разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти автономной области, автономных округов в составе Российской Федерации»[6].

В законодательстве США весьма прогрессивными для своего времени представляются нормы статьи 4 Конституции Соединённых Штатов Америки, а именно нормы раздела 1 о том, что в каждом штате должны пользоваться уважением и полным доверием публичные акты, официальные документы и судебные решения другого штата, а также раздела  4 о том, что Соединённые Штаты гарантируют каждому штату республиканскую форму правления и охрану каждого из них от нападения извне, а по просьбе Законодательного собрания или исполнительной власти – и от внутренних насилий.[7] В данном случае выявляется договорённость на федеральном уровне между штатами о взаимном уважении законодательства друг друга, а также о получении защиты федеральных органов власти в случае внешней или внутренней агрессии взамен передачи части своего суверенитета федерации. Также есть позиция некоторых известных государственных деятелей, в соответствии с которой суверенитет в федеративном государстве почти всецело должен почти полностью принадлежать участникам федерации. На ранних этапах исторического развития Соединённых Штатов Америки одним из таких деятелей был Джон Калхун, признававший за штатами право оказывать сопротивление федеральным органам власти при нарушении их прав со стороны федерации, выходить из состава федерации, объявлять правовые акты федерации недействительными для них.

Одним из основных постоянно действующих инструментов ограничения политического суверенитета государства является само право, в первую очередь действующее законодательство страны, ограничивающее верховенство и независимость государства в его деятельности, это происходит в том числе с помощью включения в конституцию страны признания государством норм и принципов международного права, международных договоров, их включения правовую систему страны и признания их приоритета над национальным законодательством. В Конституции Российской Федерации эту роль выполняет статья 15, в соответствии с которой нормы, принципы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы, и если международным договором предусмотрены иные правила, чем установленные российским законодательством, то применяются правила международного законодательства[8].

В итоге, когда государственно-правовые образования объединяются в федерацию, они соглашаются на добровольное частичное ограничение своего суверенитета, а принудительное частичное ограничение суверенитета[9] со стороны других государств и межправительственных организаций имеет место при угрозе жизни и здоровью населения государства, угрозе международной безопасности, массовых нарушениях прав и свобод человека на территории государства.

Использованные в статье документы

1. Устав Организации Объединённых Наций, “Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами”, Вып. XII, – М., 1956, С. 14 – 47.

2. “Федеративный договор: Документы. Комментарий”, М., 1994.

3. “Российская газета”, N 7, 21.01.2009.

 

Библиографический список

1. Конституции зарубежных государств: Великобритания, Франция. Германия, Италия, Европейский союз, Соединённые Штаты Америки, Япония, Индия: учеб. пособие / (сост. сб., авт. Введ. и вступ.ст. В.В.Маклаков). – 5-е изд., перераб, и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2007, С. 362.

2. Общая теория права и государства : учебник / под. ред. В. В. Лазарева. – 5-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма : Инфра-М, 2010, С. 409.

3. Теория государства и права : учебник / под общ. ред. О. В. Мартышина. – М. : Норма , 2009, С. 106, 107.

4. Теория государства и права : Учебник для высших учебных заведений / М. И. Абдулаев. – 3-е изд., доп. и перераб. – М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2006, С. 51.

5. Теория государства и права: учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – Москва: Проспект, 2011, С. 59.


[1] Общая теория права и государства : учебник / под. ред. В. В. Лазарева. – 5-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма : Инфра-М, 2010, С. 409.

[2] Теория государства и права : учебник / под общ. ред. О. В. Мартышина. – М. : Норма , 2009, С. 106,107.

[3] Там же, с 115.

[4] Теория государства и права : Учебник для высших учебных заведений / М. И. Абдулаев. – 3-е изд., доп. и перераб. – М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2006, С. 51.

[5]  ”Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами”, Вып. XII, – М., 1956, С. 14 – 47.

[6]  ”Федеративный договор: Документы. Комментарий”, М., 1994

[7] Конституции зарубежных государств: Великобритания, Франция. Германия, Италия, Европейский союз, Соединённые Штаты Америки, Япония, Индия: учеб. пособие / (сост. сб., авт. Введ. и вступ.ст. В.В.Маклаков). – 5-е изд., перераб, и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2007, С. 362.

[8]  ”Российская газета”, N 7, 21.01.2009.

[9] Теория государства и права: учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – Москва: Проспект, 2011, С. 59.



Все статьи автора «tigerlord7»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: