Внешнеполитические интересы Индии и КНР выходят за пределы их непосредственных границ и пересекаются в Юго-Восточной Азии, которая является естественным мостом между Индийским и Тихим океанами, между Индией и Китаем. Обе страны имеют сильные исторические, демографические, культурные и экономические связи с этим регионом. Региональная интеграция в Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе происходит в разных форматах и географических границах – АСЕАН, «АСЕАН + 3», Восточноазиатский саммит, АТЭС и т.д. Центром и неформальным лидером этих интеграционных процессов является Ассоциация стран Юго-Восточной Азии. Активное привлечение к этим процессам Индии, которая не является восточноазиатским или тихоокеанским государством повлекло к расширению географических границ региональной интеграции и возникновению концепции «большого Азиатско-Тихоокеанского региона».

Таким образом, стремительное усиление влияния Китая и Индии в мировой экономике и политике, интенсивные интеграционные процессы в Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе и привлечения к ним Индии обусловливают актуальность исследования особенностей формирования и реализации концепции «большого Азиатско-Тихоокеанского региона».

Учитывая это, целью данного исследования является комплексный политологический анализ концепции «большого Азиатско-Тихоокеанского региона» и влияния взаимодействия Индии и Китая на ее формирование.

Исходя из этого, основными задачами данной статьи являются: определить предпосылки возникновения концепции «большого Азиатско-Тихоокеанского региона»; изучить суть и основные особенности данной концепции; установить роль отношений Индии и Китая в процессе формирования «большого Азиатско-Тихоокеанского региона».

Отдельные аспекты этого направления научных исследований нашли свое отражение в работах австралийских, американских, китайских и индийских ученых. Проблему формирования концепции «большого Азиатско-Тихоокеанского региона» исследовали: Бехурия А. и Гупта А. [1], Гурав Г. [2], Хил С. [3], Румли Д., Дойл Т. и Чатурведи С. [5], Скотт Д. [6], Снедден Ч. [7], Тайлер М. [8], а также Чжао М. [9].

Азиатско-Тихоокеанский регион охватывает страны Восточной и Юго-Восточной Азии, которые географически тяготеют к Тихому океану. Наряду с ними в АТР также входят Австралия с Океанией и западное побережье США и Канады. Собственно, термин «Азиатско-Тихоокеанский регион» является сравнительно новым в современной терминологии международных отношений и уже испытывает модификаций в связи с трансформацией международной системы в постбиполярный период. Если в первом десятилетии XXI века речь шла о том, что текущее столетие является «Тихоокеанским веком», то уже в 2010-е годы замечаем сплочения идей вокруг концепции Индийско-Тихоокеанского региона, который сочетает Индийский и Тихий океаны в одну структуру. В предыдущих геополитических исследованиях, Индийский и Тихий океаны являются отдельными, хотя и смежными регионами. На самом деле, понятие региона является условным и менее фиксированным.

Центр тяжести силы сейчас перемещается в новый экономически и стратегически важный регион, который охватывает Индийский и Тихий океаны в единую геостратегическое арку. Эта стратегическая арка также известная в кругу ученых, дипломатов и политиков, как «Индийско-Тихоокеанский регион» («Indo-Pacific region») и он же – «большой Азиатско-Тихоокеанский регион». Это новая морская стратегическая система, простирающаяся от Индийского океана до западной части Тихого океана, которая характеризируется ростом стратегической роли США в обоих океанах, и где географически присутствуют интересы Индии и Китая. Быстрое распространение торговли, инвестиций и перемещения экономического центра силы с трансатлантического региона в Азию привело к развитию концепции про Индийско-Тихоокеанскую геостратегическую арку.

Термин «Индийско-Тихоокеанский» широко употреблялся относительно определенного биогеографического региона в морской науке. В геополитическом смысле, понятие Индийско-Тихоокеанского региона не является новым. Термин одиночно использовался в начале и в середине ХХ века, и был заново изобретен и популяризован в комментариях экспертов и официальных выступлениях последних лет. Еще Карл Хаусхофер в своих работах 1920-30-х годах выделял так называемое Индийско-Тихоокеанское пространство (Indopazifischen Raum) [2]. Западный Тихий океан, Бенгальский залив и все острова и прибрежья, которые находятся в арке между ними, рассматривались известным геополитиком Николасом Спайкманом в 1944 году, как «замкнутый морской полукруг, который соединяет вместе регион в рамках понятия морской силы». Нельзя также не упомянуть другого известного геополитика – Альфреда Махена и его учение о морской силе, который утверждал, что сила на море является решающей, а «кто владеет морем, владеет всем» [4]. Море не является барьером для государства, а дорогой, которая способна принести стране победу над противником и достичь высшей цели – создание жизнеспособной морской империи. По его мнению, морская мощь и превосходство над противником достижимо при наличии сильного и многочисленного военного флота.

Впервые термин был принят Г. С. Гхураном в 2007 году в статье под названием «Безопасность морских связей: перспективы для сотрудничества между Индией и Японией» в журнале Стратегический анализ. Повторно термин употребил премьер-министр Японии Шинзо Абэ в своей речи в парламент Индии в августе 2007 года в Гонолулу в контексте «широкой Азии». Он указал на «сочетание Индийского и Тихого океанов, [как] … динамическое сочетание морей свободы и процветания … в пределах Азии» [2]. Бывший Госсекретарь США Хиллари Клинтов впервые официально использовала этот термин в октябре 2010 года в Гонолулу в геополитическом смысле, объясняя события в Азиатско-Тихоокеанском регионе. С 2011 понятие «Индийско-Тихоокеанского региона» все чаще используется в глобально-стратегических и геополитических дискуссиях [6, C. 87]. В 2012 году премьер-министр Индии Манмохан Сингх использовал этот термин во время саммита Индии и АСЕАН. Однако, официальное документальное выражение термин впервые получил в Белой книге обороны Австралии в 2013 году, где Индийско-Тихоокеанской признавалась арка торговых путей, энергетических потоков и стратегических связей между Индийским и Тихим океанами [6, C. 88].

Как геополитический термин, понятие «Индийско-Тихоокеанского региона» является более распространенным среди ученых, чем понятие «Азиатско-Тихоокеанский регион». Возможно, оно является более целесообразным и отражает изменения приоритетов США в регионе и представляет включение субрегиона западного Тихого океана в круг интересов безопасности Индии. С другой стороны, понятие Индийско-Тихоокеанского региона является расширением концепции Азиатско-Тихоокеанского региона, которая предварительно исключала Индию, однако сейчас включает этот субконтинент, как свою неотъемлемую часть. Поскольку региональная и глобальная значимость Индии растет, она, наверное, будет тяготеть к центру этой расширенной Индийско-Тихоокеанской арки, что фактически являет собой «большой Азиатско-Тихоокеанский регион».

Следует отметить, что термин не воспринимается различными государствами региона одинаково. Например, для Австралии «большой Азиатско-Тихоокеанский регион» представляет собой область между западным Тихим океаном и западным Индийскими океаном, включая все восточное побережье Африки. Для наций в Северо-Восточной Азии, «большой Азиатско-Тихоокеанский регион» простирается от Индийского океана к северной части Тихого океана.

Термин «большой Азиатско-Тихоокеанский регион» широко используется правительством США. Депутат Государственного Секретариата США Уильям Бернс отметил, что: «Значительная присутствие Индии в Индийском и Тихом океанах является источником комфорта [для США] и подтверждает ее потенциал гаранта морской безопасности. В этом смысле, США заинтересованы сотрудничать с Индией» [8]. Для Соединенных Штатов данный регион охватывает область от Гавайев до западного побережья индийского полуострова, то есть включает территории США, такие как Гуам, северные Малайские острова на востоке Филиппин и совпадает с областью, которую контролирует Тихоокеанское Командование (PACOM) [6, C. 90]. Руководство Тихоокеанского Командования употребляет термин «Индийско-Азиатско-Тихоокеанский регион», однако в этом случае возникает вопрос, что тогда можно считать Азией (что тоже имеет много определений)?

Достаточно оригинально понимает понятие «большого Азиатско-Тихоокеанского региона» Индонезия. В английском языке название региона звучит, как Indo-Pacific и может апеллировать не только к Индии в Индийском океане, но и к Индонезии [9]. Географически, государство вместе с Малайзией и Сингапуром, расположено у стратегически важного Малаккского пролива, который соединяет Индийский и Тихий океаны. Для Джакарты, «большой Азиатско-Тихоокеанский регион» соединяет Японию на севере, Австралию на юго-востоке и Индию на юго-западе, в центре которого расположена Индонезия.

«Большой Азиатско-Тихоокеанский регион» является чрезвычайно важным для Индии и отвечает ее национальным интересам, так как открывает перед ней пространства вне Западной, Южной и Центральной Азии. В 2000 Министр обороны Индии Джордж Фернандес заявил об интересе Индии «от севера Аравийского моря до Южно-Китайского моря». Премьер-министр Индии Манмохан Сингх в 2004 заявил: «Наш стратегический масштаб охватывает регион Африканского Рога, Западную Азию, Среднюю Азию, Юго-Восточную Азию и далее – к далеким границам Индийского океана. Понимание этого должно изменить наше стратегическое видение и оборонное планирование» [7]. То есть, эта концепция дает понять Индии и миру, что безопасность и развитие не только Индии, но и всего региона связанны с Тихоокеанским регионом.

Поскольку концепция «большого Азиатско-Тихоокеанского региона» объединяет Индийский и Тихий океаны и с этим соглашаются все заинтересованные государства, КНР дал разрешение своим Народно-освободительным военно-морским силам (PLAN) свободно действовать в пределах Индийского океана. Это, в свою очередь, согласовывает присутствие Индии в западном Тихом океане, включая Южно-Китайское море, в котором у КНР есть серьезные конфликты с некоторыми странами Юго-Восточной Азии, в том числе и с «друзьями» Индии, такими как Вьетнам.

Присутствие ВМС Индии в Южно-Китайском море наталкивает ее на мысль о «соединении Бенгальского залива и Южно-Китайского моря в единый стратегический комплекс». По поводу расширения условных границ уже существующих регионов, в марте 2012 года в докладе Исследовательского центра Конгресса США было отмечено, что «возникает более широкое географическое видение Азиатско-Тихоокеанского региона, которое включает Индийский океан» [6, C. 89]. Другими словами, происходит формирование и становление Индийско-Тихоокеанского региона или «большого Азиатско-Тихоокеанского региона».

Наряду с наращиванием мощностей ВМС Индии, наблюдается существенное присутствие ВМС Китая в регионе. В связи с интенсификацией торговых отношений, перед Пекином также возникла стратегическая задача преобразовать прибрежный флот «желтой воды» в океанский флот «голубой воды». По темпам своего развития ВМС Китая смогут вскоре развернуть большую подводную флотилию, чем ВМС США. Поэтому неудивительно, что появление ВМС Китая в Индийском океане было замечено еще ​​с 1990-х годов.

В Морской доктрине Индии от 2004 года подчеркивались «попытки КНР стратегически окружить Индию» и оговаривалась возможность китайского вторжения в «индийскую морскую зону» [2]. Китайское влияние распространяется на Мальдивы, Шри-Ланку, Бангладеш, Маврикий и Сейшельские острова, формируя так называемую «нить жемчуга», что вызывает проблемное восприятие Индии такого китайского присутствия в океане и обусловливает индийскую политику сдерживания Китая. ВМС КНР регулярно присутствуют в портах Читтагонг, Ситуэ, Хамбатнота и Гвадар, которые расположены в непосредственной близости с Индией.

Индия придерживается двойственного подхода в ответ на вызов Китая. Во-первых, она увеличивает свое присутствие в Индийском океане. Во-вторых, Индия также распространяет свое влияние в Южно-Китайском море и в западной части Тихого океана, вместе с Японией и США, вызывая этим беспокойство Китая.

Таким образом, понятие «большого Азиатско-Тихоокеанского региона» вошло в международно-политическую терминологию недавно. На концептуальном уровне произошло повторное стратегическое открытие региональной структуры «большого Азиатско-Тихоокеанского региона». Данная концепция объединяет Индийский и Тихий океаны, Южную Азию и Азиатско-Тихоокеанский регион в «большой Азиатско-Тихоокеанский регион». Активное вовлечение в региональные интеграционные процессы Индии, которая не является восточноазиатским или тихоокеанским государством, вызвало необходимость формирования концепции более широкого региона. Понятие «Восточной Азии», «великой Восточной Азии» и «Азиатско-Тихоокеанского региона» не включают в себя Индию. Поэтому, расширение географических границ региональной интеграции является предпосылкой возникновения концепции «большого Азиатско-Тихоокеанского региона».

Итак, концепция «большого Азиатско-Тихоокеанского региона», по своей сути, имеет целью объединить Тихий и Индийский океаны в одну геополитическую и геостратегическую дугу. Фактически, это означает расширение границ Азиатско-Тихоокеанского региона за счет Индии и становления «большого Азиатско-Тихоокеанского региона». Присутствие КНР в Индийском океане, китайская стратегия «нити жемчуга», которая имеет целью окружение Индии китайскими стратегическими объектами уже давно не вызывает сомнений. Таким образом, взаимодействие и взаимовлияние Индии и Китая на современном этапе мирового развития является фактором регионообразования, так как происходит объединение геополитического пространства их взаимоотношений в единый стратегический комплекс. Возникает более широкое географическое видение Азиатско-Тихоокеанского региона, которое теперь включает Индию и ее естественную сферу влияния – Индийский океан. Таким образом, происходит формирование и становление «большого Азиатско-Тихоокеанского региона». Несмотря на существование долгосрочных территориальных споров между государствами, «большой Азиатско-Тихоокеанский регион» должен быть прозрачным и открытым для всех государств и организаций региона, с целью развития между ними сотрудничества и взаимопонимания.