УДК 34.08

ПОЛИЦЕИСТИКА: ИСТОЧНИКОВЕДЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

Пулькин Максим Викторович
Институт языка, литературы и истории Карельского научного центра Российской академии наук

Аннотация
Исследование посвящено проблемам оценки источниковой базы, необходимой для полно-ценного исследования проблем истории полиции. Выявлено, что в распоряжении исследователей находится значительное количество разнообразных источников, в совокупности дающих возможность рассмотреть все основные аспекты истории правоохранительных органов.

Ключевые слова: государство, законность, законопослушание, империя, крестьяне, полиция, правоохранительные органы, правопорядок, преступность, стабильность


POLICE HISTORY: PROBLEMS OF THE SOURCE BASE

Pulkin Maxim Viktorovich
Institute of linguistic, history and literature of Karelian Research Centre

Abstract
Research is devoted to the problems of assessing the source base necessary for a full study of the problems of police stories. Revealed that the researchers' disposal is a significant variety of sources, making it possible to consider the totality of all the main aspects of the history of law enforcement.

Библиографическая ссылка на статью:
Пулькин М.В. Полицеистика: источниковедческие проблемы // Политика, государство и право. 2014. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2014/04/1578 (дата обращения: 29.09.2017).

Исследования полиции становятся в настоящее время одним из наиболее интенсивно развивающихся направлений развития историографии [1; 2; 3]. Исследователей привлекают различные аспекты истории правоохранительных органов [4; 5]. В этой связи становится все более существенным изучение характерных особенностей источников, проливающих свет на историю охраны общественного порядка и поддержания стабильности государства. Первостепенным источником для исследования истории полиции служат многочисленные законодательные акты. Известно, что поэтапное, крайне медленное становление полицейской системы началось в Российской империи во времена Петра Великого. В его правление крайне немногочисленная полиция появилась в имперской столице, а затем и в ряде важнейших российских городов [6, с. 121, 131, 132, 146].

В дальнейшем в течение длительного времени речь шла о совершенствовании разработанного первым российским императором порядка деятельности полиции, улучшении методов управления ею, тщательном поборе и подготовке кадров для успешной деятельности правоохранительных органов. Поэтому наиболее существенным источником для изучения полиции являются разнообразные своды правовых актов Российской империи. Они опубликованы как в специализированных сборниках по полицейской проблематике [7; 8; 9], так и в полных собраниях законов. Особое значение для понимания основ деятельности полиции имеет Свод уставов о пресечении и предупреждении преступлений. Наряду с другими законодательными актами, этот источник позволяет проследить основные закономерности во взаимоотношениях общества и его правоохранительных органов, выявить тот обширный круг задач, которые власть ставила перед полицией. Как утверждают современные исследователи, Свод законов являлся «официальным носителем информации о действующем в стране общероссийском законодательстве» [10, с. 122–126], что лишний раз подчеркивает его особое значение для исследований полномочий правоохранительных органов.

Исключительное значение для исследований сферы компетенции полиции имеют циркуляры МВД (в особенности Департамента полиции), шефа жандармов, III Отделения собственной его императорского величества канцелярии, а также местных правоохранительных органов. Все они в совокупности позволяют судить о том, какие задачи в деле охраны общественного спокойствия рассматривались как приоритетные в разные периоды истории, каким образом и с какими разнообразными ограничениями (в том числе этического характера) следовало действовать различным силовым структурам. В циркулярах излагались процессуальные нормы, связанные с производством обысков, определялся порядок хранения денежных сумм, предоставляемых в залог за лиц, обвиняемых в преступлениях, регламентировался учет расходования денежных средств на оплату услуг секретной агентуры. В этих же документах подробно характеризовались отдельные политические партии (эсеры, анархисты) и предлагались дифференцированные методы борьбы с ними. Особым циркуляром оговаривалась деятельность полиции по расследованию причин народных волнений. Так, в циркуляре Департамента полиции от 20 сентября1888 г. указывалось, что отныне правоохранительным органам необходима «правильная регистрация» всех происшествий. В связи с этим местной полиции следовало сообщать губернскому правлению «о каждом случае оказанного крестьянами скопом сопротивления и неповиновения властям» и вообще обо всех случаях беспорядков и волнений среди них.

Повседневная жизнь полиции в значительной мере определялась этой разновидностью документов. Циркуляры предписывали жандармерии и полиции стиль поведения в таких важнейших сферах их деятельности как задержание и допросы подозреваемых, применение огнестрельного оружия. Они содержали списки запрещенной литературы, распространяемой радикальными политическими партиями. В присылаемых из столицы документах устанавливались нормы, призванные разграничить полномочия различных правоохранительных органов. Здесь же определялись те случаи, когда силовым структурам надлежало действовать совместно. В них определялся порядок составления и пересылки в вышестоящие инстанции различного рода донесений, а также содержались предписания, связанные с ведением текущего делопроизводства в местных жандармских и полицейских учреждениях. Главным образом речь шла о порядке учета проведенных полицией расследований, личных делах политических ссыльных, ведомостях о преступлениях и происшествиях и т.д. В целом циркуляры значительно более оперативно, чем действующее законодательство, откликались на злободневные требования момента. При этом они определяли сферы компетенции полиции значительно более подробно. В то же время в отличие от основных законов, регламентирующих деятельность полиции, циркуляры оставались доступными лишь узкому кругу профессионалов.

Законы и циркуляры определяли направления главных усилий правоохранительных органов. В соответствии с действующими законами, компетенция полиции распространялась абсолютно на все сферы жизни населения. Она включала многие религиозные вопросы, предполагала контроль над поведением каждого индивида и состоянием экономики отдельных территорий. В частности, полиция отслеживала цены на продукты питания, предупреждала губернатора о возможности неурожаев и т.д. Поэтому и документы, в той или иной мере связанные с разнообразными полицейскими мероприятиями, отложились абсолютно во всех фондах местных архивов. Особенно много данных о полиции, ее кадровом составе, сферах компетенции, злоупотреблениях полицейских чинов закономерно присутствует в фондах полицейских учреждений. Немало документов, связанных с изучаемой темой, легко обнаружить среди материалов делопроизводства губернского правления. Поскольку данное учреждение вплотную занималось вопросами оперативного управления деятельностью полиции, в его фонде отложилось чрезвычайно большое количество документов, в той или иной мере связанных с полицией. Это распоряжения МВД, отчеты об успехах отдельных должностных лиц, сведения о кандидатах на должности в составе полиции и другие существенные для данного исследования материалы. Некоторое количество документов по истории правоохранительных органов вполне закономерно отложилось в многочисленных фондах духовной консистории, судебных органов, прокуратуры, финансовых учреждений и других органов власти. Все эти административные структуры тесно и на регулярной основе сотрудничали с правоохранительными органами.

Существенные недостатки источников, связанных не только с полицейским ведомством, верно отмечены еще современниками событий. Это многочисленные «погрешности канцелярские, пропажа дел, значительная неполнота следственных актов» [11, с. 3]. По этой причине деятельность различных должностных лиц, связанных с правоохранительными органами, в разной мере отражена в материалах делопроизводства. Особенно много различных документов об успехах в службе одной из массовых, но сравнительно поздно появившихся в Российской империи разновидностей стражей порядка – урядников. С этими новыми государственными служащими правительство пореформенной России связывало значительные надежды на улучшение криминальной ситуации в сельской местности. Полицейское начальство требовало от исправников регулярно предоставлять подробные сведения об успехах каждого из урядников в осуществлении их широких полномочий, а также о причинах увольнения и принципах отбора новых кадров, применяемых на местах. Все это создает для исследователя возможности подробного изучения действий урядников, но одновременно приводит к существенным диспропорциям в изучении деятельности других полицейских чинов, не удостоенных столь же пристального внимания властных структур.

В целом не подлежит никакому сомнению, что управленческая деятельность полиции осуществлялась через обширное делопроизводство, в ходе ведения которого быстро образовалось огромное количество документов разных видов. Все существующие в провинции полицейские организации непосредственно подчинялись местному руководству, а именно губернскому правлению и непосредственно губернатору. Они, в свою очередь, при затруднениях, которые возникали постоянно, обращались с запросами в столичные инстанции, подробно излагая суть проблем. Из вышестоящих органов в губернские оперативно поступали многочисленные предписания, указания, циркуляры, постановления и другие нормативные документы. В ответ на них в Департамент полиции, но также и в другие органы власти (в частности, в министерство юстиции) из местных правоохранительных органов шел непрерывный поток докладных записок, донесений, рапортов, представлений, уведомлений, отчетов, заключений, агентурных донесений.

Наиболее распространенным видом документов в деятельности органов полиции оставались рапорты. Их чуть ли не ежедневно в немалом количестве создавали урядники, приставы, уездные исправники и другие заинтересованные в поддержании стабильного делопроизводства должностные лица. Рапорта могли быть адресованы как губернатору, так и вышестоящему начальству (в нарушение субординации). Специфическим видом источников являются политические обзоры частей губернии, составляемые губернским жандармским управлением. В них излагались специфические черты общественных настроений, распространенных в тот или иной период в отдельных уездах, указывались наиболее заметные эксцессы в жизни губернии, а также рассматривались те аспекты политической и экономической жизни страны (военные действия, неурожаи, народные волнения в столице), которые служили источником социальной напряженности. Данный тип источника, генетически связанный с рапортами, позволяет судить о тех аспектах жизни местного населения, которые интересовали центральную власть и становились объектом внимания жандармов. Это настроения, существующие в крестьянской среде и способные привести к нарушению общественного порядка, поведение местных чиновников, в том числе полицейских, действия приходского духовенства (в особенности недостатки и упущения во время церковной службы). Судя по некоторым документам, нередко в качестве источника информации, в том числе и основного, здесь использовались слухи (иногда – явно устрашающего характера), циркулирующие в разных слоях общества [12, с. 40–50].

Следующая группа источников – материалы статистического учета. Они существенно помогут достижению целей, поставленных в данной работе. С одной стороны, особое внимание в них уделено кадровому составу полиции. В этой связи в качестве одного из важных источников могут привлекаться формулярные списки о службе полицейских чинов, содержащие сведения об их образовании, прохождении службы на различных должностях. В начале ХХ в. по требованию министерства финансов неоднократно составлялись ведомости о численности местных полицейских, а также о размерах получаемого ими вознаграждения. С другой стороны, значимым источником являются материалы, связанные с учетом разнообразных правонарушений. Известно, что российская уголовная статистика середины XIX в. выделяет следующие виды правонарушений. Во-первых, это разнообразные преступления «против веры и ограждающих оную постановлений». Во-вторых, заметную часть составляли преступления «по службе государственной и общественной». В-третьих, статистика фиксировала преступления «против общественного благоустройства и благочиния». В-четвертых, в статистических материалах нашли отражение «преступления против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц». В-пятых, статистические документы фиксировали преступления и проступки против собственности частных лиц. Все эти виды преступной деятельности и связанные с ними проблемы классификации и учета составляли значимую часть забот полиции в различные исторические периоды. Многие статистические материалы, связанные с самыми разными сферами жизни губернии, в том числе и по рассматриваемой в данной работе проблематике, отражены в обзорах Олонецкой губернии. Здесь представлены данные о состоянии преступности, тюрьмах, алкоголизме, борьбе со старообрядческим влиянием [13, с. 24–36].

В конце XIX–начале ХХ в. статистический учет в криминальной сфере дополнился подробными сведениями о настроениях, существующих в различных слоях общества. Первые документы подобного рода вполне закономерно появились в местном жандармском управлении. Отчеты, судя по циркуляру шефа жандармов, датированному февралем1875 г., следовало составлять губернским жандармским управлениям, прилагая при этом подлинные донесения начальников уездных управлений. Позднее аналогичные распоряжения получили и все другие, не входящие в состав тайной полиции, правоохранительные органы. Судя по предписанию олонецкого губернатора местным полицейским чинам, с1911 г. им следовало регулярно предоставлять краткие данные о настроениях крестьян. В отчетах предписывалось излагать статистические данные об «имевших место в отчетном месяце выдающихся массовых беспорядках и выступлениях». Особое внимание полиции следовало обратить на распространение «волновавших крестьянские массы ложных и неосновательных слухов». При изучении настроений рабочих надлежало скрупулезно указывать «выдающиеся случаи забастовочного движения». Наиболее обстоятельно изучались настроения потенциально неблагонадежных, с точки зрения полиции, социальных элементов. Это интеллигентные слои общества, лица свободных профессий, учащаяся молодежь и инородческое население. В данном случае губернское начальство ожидало от полиции обстоятельные аналитические отчеты об «агитационной деятельности, недовольстве существующим порядком вещей или действиями правительственной власти». Кроме того, здесь же следовало приводить краткую уголовную статистику. Полиции надлежало составлять отзывы о «грабительской деятельности» с кратким и точным указанием проявляющихся в ней тенденций.

Существенное значение имеют материалы губернской и епархиальной периодической печати. В газетных статьях содержатся немногочисленные, но весьма живописные сведения об успехах отдельных представителей правоохранительных органов, их словесные портреты, данные об экстремальных ситуациях, в которых оказывались стражи порядка. Здесь же приводятся краткие данные о наиболее заметных событиях в жизни общества, в той или иной степени связанных с полицейскими мероприятиями, а также в целом о состоянии преступности в Олонецкой губернии. Все эти упоминания чаще всего носят случайный характер. Они представлены в сводках происшествий и публикациях по различным более или менее существенным поводам (включая некрологи). Но, тем не менее, губернская периодическая печать, хотя и в крайне незначительном количестве, содержит некоторые существенные данные об отношении общества к полиции, абсолютно не встречающиеся в других видах источников.

Все перечисленные источники содержат значительные объемы информации о самых разных сторонах деятельности полиции, включая такие важнейшие направления и сферы приложения усилий как борьба с преступностью и девиантными проявлениями в сельской и городской среде, постоянный и всесторонний контроль за происходящими в селах и городах событиями общественной жизни. Существенная часть документов содержит информацию об этапах карьеры множества служителей правопорядка, их профессиональной подготовке, успехах в службе, перемещениях и т.д. Важная составная часть информации, содержащейся в документах полицейских фондов – документы об активном участии полиции в борьбе против старообрядческого влияния и надзоре за законностью пребывания в городах еврейского населения. В то же время источниковая база имеет свои специфические черты, существенно осложняющие работу исследователя. К их числу относится крайне незначительное число документов, связанных с первой половиной XIX в., когда полиция в провинциальных городах все еще находилась на стадии становления и ее служители просто не могли вести обширное делопроизводство.

Столь же незначительное число документов связано с последним этапом ее существования. Здесь сработала печальная общероссийская закономерность, известная в том числе и по материалам имперской столицы. Известно, что в марте1917 г. в Петербурге было поспешно уничтожено «большинство архивов Департамента полиции и полицейских управлений» [14, с. 8]. Множество провинциальных полицейских учреждений включились в этот деструктивный по своей сути процесс ликвидации значительной части ведомственных архивов, впоследствии отбросивший профессиональную работу полиции на многие десятилетия назад. Существенное влияние на состояние источников по исследуемой теме оказали и вполне предсказуемые, прозаические обстоятельства, связанные с тяжким военным временем. Как указывалось в циркуляре начальника Петроградского жандармского полицейского управления, в1916 г. «ввиду усилившейся по обстоятельствам военного времени дороговизны канцелярских принадлежностей», прекращалось на неопределенный срок составление еженедельных ведомостей о происшествиях и ряда других важных для истории правоохранительных органов документов. Все это сильно ограничивает возможности исследователей, связанные с изучением состояния дел в сфере преступности и деятельности правоохранительных органов в последние годы существования Российской империи.


Библиографический список
  1. Пулькин М.В. Тайная полиция и общество в середине XIX–начале ХХ в. (по материалам Олонецкой губернии) // Гуманитарные научные исследования. 2013. № 2 [Электронный ресурс]: http://human.snauka.ru/2013/02/2418.
  2. Пулькин М.В. Становые приставы в XIX–ХХ вв.: специфика деятельности (по материалам Олонецкой губернии) // Политика, государство и право. 2013. № 8. [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2013/08/921
  3. Пулькин М.В. Урядники: специфические черты правоохранительной деятельности (по материалам Олонецкой губернии) // Политика, государство и право. 2013. № 10 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2013/10/981
  4. Пулькин М.В. Российская преступность в начале ХХ века (по материалам Олонецкой губернии) // Политика, государство и право. 2013. № 11 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2013/11/1051
  5. Пулькин М.В. Формирование пенитенциарной системы в конце XIX–начале ХХ в. (по материалам Олонецкой губернии) // Гуманитарные научные исследования. 2013. №. 6. [Электронный ресурс]. URL: http://human.snauka.ru/2013/06/3378
  6. Анисимов Е.В. Государственные преобразования и самодержавие Петра Великого в первой четверти XVIII в. СПб., 1997. С. 121, 131, 132, 146 и др.
  7. Арефа Н.И. Инструкция полицейским урядникам. СПб., 1914. 438 с.
  8. Нечаевский П.Е. Алфавитный указатель действующих узаконений для руководства чинов полиции по всем предметам полицейского ведения. СПб., 1900. 328 с.
  9. Попов В.М. Алфавит полицейских законов, разъяснений и циркуляров. Сборник необходимых чинам полиции извлечений из действующего Свода Законов со всеми позднейшими приложениями и дополнениями. СПб., 1914. 236 с.
  10. Налимов С.А. Свод законов Российской империи как акт систематизации законодательства // Вестник Южно-Уральского государственного университета. 2006. № 13. С. 122–126.
  11. Левенстим А.А. Предварительное следствие по судебным уставам, его недостатки и меры к улучшению. СПб., 1895. 64 с.
  12. Пулькин М.В. Слухи как объект исторического исследования // Вопросы истории и культуры северных стран и территорий. 2013. № 1 (17). С. 40–50.
  13. Обзор Олонецкой губернии за 1914 год. Петрозаводск, 1915. 120 с.
  14. Кудин В.А. От полиции Российской империи к полиции Российской Федерации: два века истории. // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2011. № 2 (50). С. 4–11.  


Все статьи автора «Пулькин Максим Викторович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: