УДК 34

МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СУБРОГАЦИИ В СТРАХОВАНИИ

Калатози Деви Гивиевич
Российский государственный университет правосудия

Аннотация
В статье рассматриваются проблемные аспекты осуществления суброгации в страховании, вызывающие споры как в юридической литературе, так и в правоприменительной практике. Анализируются понятие, материально-правовые и процессуальные особенности указанного института.

Ключевые слова: должник, исковая давность, кредитор, материально-правовой аспект, перемена лиц в обязательстве, переход прав, подсудность., процессуальный аспект, регресс, страхование, суброгация, цессия


LEGAL SUBSTANTIVE AND PROCEDURAL FEATURES OF SUBROGATION IN INSURANCE

Kalatozi Devi Givievich
Russian state university of justice

Abstract
The article deals with the problematic aspects of the subrogation in insurance, causing controversy in the legal literature and in legal practice. The author analyzes the concept, substantive and procedural features of the institution.

Библиографическая ссылка на статью:
Калатози Д.Г. Материально-правовые и процессуальные особенности суброгации в страховании // Политика, государство и право. 2016. № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2016/06/3901 (дата обращения: 30.09.2017).

Введение

Проблема суброгации в страховании является многогранной, научно емкой и практически значимой. Исследование сущности и отличительных особенностей данного института приобретает особую актуальность в современных условиях становления в России рыночной экономики, гражданского общества и правового государства.

Понятие и правовая природа суброгации

В российской системе права термин «суброгация» (от лат. subrogare — заменять) получил легальное закрепление, в частности, в двух законах, а именно, в Гражданском кодексе Российской Федерации от 26.01.1996 № 14-ФЗ [1] (далее — ГК РФ) и Кодексе торгового мореплавания Российской Федерации от 30.04.1999 № 81-ФЗ [2] (далее — КТМ РФ). Причем согласно указанным нормативным правовым актам суброгация осуществляется только в имущественных видах страхования и представляет собой переход к страховщику права страхователя (выгодоприобретателя) на возмещение расходов. [3]
В доктринах Великобритании и Соединенных Штатов Америки были выработаны так называемые принципы суброгации, которые в течение двух столетий подкреплялись судебной практикой. К таковым можно отнести следующие основные положения:
- страховщик не вправе встать на место страхователя, до тех пор, пока первый не выплатил потерпевшему лицу возмещение (не возместил убытки);
- страховщик вправе осуществлять только те перешедшие к нему права, которые страхователь сам лично имел к причинителю вреда;
- страховщик не вправе получать прибыль от суброгации, но допускается лишь возврат той суммы, которую он заплатил в качестве компенсации страхователю (выгодоприобретателю), и ничего больше.4
Все обозначенные принципы (основополагающие начала) действуют также в Российской Федерации и законодательно предусмотрены.
В частности, в ст. 965 ГК РФ закреплено, что если договором имущественного страхования не установлено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Аналогичное правило содержится и в ст. 281 КТМ РФ.
Системный анализ вышеизложенных норм позволяет сделать вывод о том, что в результате наступления страхового случая страхователь (выгодоприобретатель) становится кредитором, а лицо, причинившее убытки, — его должником. После получения страхователем (выгодоприобретателем) страховой выплаты (возмещения) от страховщика право (требование) кредитора, принадлежащее страхователю (выгодоприобретателю), на основании закона переходит к другому лицу — а именно, страховщику, который становится новым кредитором лица, причинившего убытки. Фактически происходит реализация правовой конструкции, закрепленной в гл. 24 ГК РФ — «Переход прав кредитора к другому лицу». В связи с этим при осуществлении суброгации следует применять также правила, содержащиеся в обозначенной главе ГК РФ о переходе прав кредитора к другому лицу (в данном случае страховщику).

Дифференциация суброгации и регресса

В сущности, суброгация представляет собой один из частных случаев внедоговорной перемены кредитора в обязательстве. При этом с одной стороны, суброгацию следует различать от уступки права (требования) кредитором другому лицу по соглашению (к примеру, цессия, факторинг, индоссамент), так как в отличие от договорных форм перемены лиц в обязательстве правовое основание суброгации — закон. С другой стороны, суброгацию следует дифференцировать от регресса, под которым понимается право обратного требования лица, возместившего вред потерпевшему, к причинителю вреда. [5] Иными словами, право на предъявление регрессного требования возникает вследствие исполнения основного обязательства вместо должника перед третьим лицом (как правило, кредитором).
Так, в соответствии со ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (например, водителем транспортного средства), имеет право обратного требования (регресса) к данному правонарушителю в размере выплаченной денежной суммы, если иное не установлено законом.
Собственно, регрессное обязательство — правоотношение, по которому одно лицо (регредиент) вправе требовать от другого лица (регрессата) имущество (в том числе денежные средства), переданное третьему лицу вместо регрессата или по его вине. [6] Следует отметить, что согласно ст. 382 ГК РФ правила о переходе прав кредитора к другому лицу не применяются к регрессным требованиям.
Представляется, что регрессное обязательство неразрывно связано с основным обязательством. Об этом свидетельствует п. 3 ст. 200 ГК РФ, согласно которому исковая давность по регрессным обязательствам начинает течь лишь с момента исполнения основного обязательства. Вместе с тем регрессное правоотношение возникает при прекращении основного обязательства (вследствие исполнения) и только в этом смысле производно от него. Напротив, при суброгации страховщик заменяет собой страхователя в обязательстве, что не влечет возникновения нового обязательственного правоотношения. [7] Данный сущностный признак отличает суброгацию от регрессного обязательства, возникающего в силу исполнения (прекращения) другого, основного обязательства и тем самым приобретающего новый, самостоятельный характер.
В качестве условия реализации права на предъявление регрессного требования страховщиком выступает факт возмещения вместо должника (причинителя вреда) расходов, которые понес потерпевший. Соответственно, впоследствии страховая организация может взыскать с виновного лица (к примеру, страхователя) ту сумму страховой выплаты, которую данный страховщик произвел в отношении выгодоприобретателя – потерпевшего. [8]
В частности, в ст. 14 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» [9] (далее — Закон об ОСАГО) установлено что, страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу в размере произведенной страховой выплаты, если: вследствие умысла указанного лица был причинен вред жизни или здоровью потерпевшего; вред был причинен указанным лицом при управлении транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного); указанное лицо скрылось с места дорожно-транспортного происшествия и др.

Срок исковой давности по делам о суброгации: проблемные вопросы

Как уже было отмечено выше, суброгация отличается от регресса также тем, что при переходе права (требования) к другому лицу течение срока исковой давности заново не начинается (т.е. продолжается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права), и должник может заявить о пропуске установленного срока точно так же, как если бы вместо нового кредитора действовал старый. По регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается с момента исполнения основного обязательства.
В соответствии со ст. 966 ГК РФ срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, составляет два года, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц (три года).
Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим (трехгодичным) сроком (ст. 197 ГК РФ).
Анализ судебной правоприменительной практики по рассмотрению и разрешению страховых споров фактически показал, что единообразный подход к определению момента начала течения срока исковой давности отсутствовал. [10]
Однако в настоящее время в силу Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», [11] а также «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.01.2013) [12] срок исковой давности по данной категории дел следует исчислять с момента, когда страховщик отказал в выплате страхового возмещения или выплатил его не в полном объеме.
Так, двухгодичный срок исковой давности по спорам, вытекающим из правоотношений по имущественному страхованию (ст. 966 ГК РФ), исчисляется с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе страховщика в выплате страхового возмещения или о выплате его не в полном объеме либо с момента истечения срока выплаты страхового возмещения, предусмотренного законом или договором.
Определение в договоре страхования (или стандартных правилах страхования) соответствующего порядка исполнения обязанностей участников данного соглашения, в том числе установление срока уведомления страховщика о наступлении страхового случая, указание перечня документов, которые должен приложить страхователь к уведомлению, определение срока, в течение которого страховщик должен принять решение о выплате (или об отказе в выплате) и осуществить выплату, позволяет сторонам, а в случае спора – суду, исследуя возникшее между сторонами страховое правоотношение, точно установить в каждом конкретном случае не только момент возникновения соответствующей обязанности у одной стороны (страховщика), но и момент возникновения у другой стороны права требовать ее исполнения и защиты своего права при нарушении его страховщиком.
При этом перемена лиц в обязательстве (ст. 201 ГК РФ) по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменение общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. Причем срок исковой давности для страховой организации, выплатившей страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.
В указанном Обзоре также обращается внимание на то, что судам следует начислять проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ) с момента необоснованного отказа страховщика в выплате страхового возмещения или выплаты его не в полном объеме.
Более того, согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» [13] исковая давность по спорам, возникающим из правоотношений по обязательному страхованию риска гражданской ответственности, в соответствии с п. 2 ст. 966 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда потерпевший (выгодоприобретатель) узнал или должен был узнать об отказе страховщика в выплате страхового возмещения или о выплате его не в полном объеме, либо со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения (выдачи направления на ремонт транспортного средства), предусмотренного п. 17 и п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО или договором.
Перемена лиц в обязательстве (в том числе при суброгации), по требованиям, которые новый кредитор имеет к лицу, ответственному за убытки, причиненные в результате дорожно-транспортного происшествия, не влечет за собой изменения течения общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления (ст. 201 ГК РФ).
Основаниями для перерыва течения срока исковой давности могут служить, в частности, признание страховщиком претензии, частичная выплата страхового возмещения и (или) неустойки, финансовой санкции (ст. 203 ГК РФ).

Определение подсудности дел о суброгации

Следует отметить, что страховые споры рассматриваются и разрешаются по общему правилу территориальной подсудности по месту нахождения ответчика (ст. 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ [14] (далее — ГПК РФ), ст. 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ [15] (далее — АПК РФ). Иск к страховой организации может быть предъявлен также по месту нахождения филиала или представительства, заключившего договор обязательного страхования или принявшего заявление об осуществлении страховой выплаты (ч. 2 ст. 29 ГПК РФ, ч. 5 ст. 36 АПК РФ). При этом исковые требования по спорам о защите прав потребителя, являющегося страхователем, выгодоприобретателем по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, могут предъявляться в суд по месту жительства или по месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора (ст. 28 и ч. 7 ст. 29 ГПК РФ). Иски по спорам, связанным с компенсационными выплатами, подлежат рассмотрению по общим правилам территориальной подсудности — по месту нахождения профессионального объединения страховщиков либо по месту нахождения его филиала или представительства.
Необходимо учитывать, что перешедшее к страховщику в порядке суброгации право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) — первоначальным кредитором в обязательстве и лицом, ответственным за убытки — должником. Согласно ст. 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором. В качестве примера можно привести следующий случай:
ЗАО «ГУТА-Страхование» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Альфа-Транс» о взыскании в порядке суброгации 159 208 руб. 37 коп.
Определением, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда, исковое заявление возвращено истцу по мотиву неподсудности дела.
Суды исходили из того, что согласно ст. 35 АПК РФ иск предъявляется в арбитражный суд по месту нахождения ответчика, в связи с чем исковое заявление к ООО «Альфа-Транс», местонахождением которого является г. Ростов-на-Дону, предъявлено в Арбитражный суд г. Москвы с нарушением правил подсудности. Не был признан обоснованным довод о том, что в п. 6.5 договора на перевозку (организацию перевозок) грузов автомобильным транспортом, заключенным между ООО «Регион-экспресс» (первоначальным кредитором) и ООО «Альфа-Транс», стороны на основании ст. 37 АПК РФ изменили территориальную подсудность. По мнению судов первой и апелляционной инстанций, к истцу, выплатившему страховое возмещение, в порядке суброгации перешли не все права по договору, а лишь право требования, поэтому условие о договорной подсудности действует только при разрешении споров между первоначальными сторонами.
В кассационной жалобе заявитель ссылался на то, что судами неправильно истолкованы ст. 382, 384, 387 ГК РФ и не применены положения п. 2 ст. 965 ГК РФ, согласно которым суброгация ― это основанный на законе переход к страховой организации, выплатившей страховое возмещение, всего объема прав первоначального кредитора, реализуемых страховщиком с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки, которые в том числе были изложены в п. 6.5 договора и касались договорной подсудности.
Поскольку реализация новым кредитором перешедшего к нему в порядке суброгации права требования непосредственно связана с определением подсудности для разрешения возможных споров, содержащееся в названном пункте договорное условие также перешло к ЗАО «ГУТА-Страхование».
Обжалуемые судебные акты правомерно отменены как принятые при неправильном применении норм материального и процессуального права. [16]
Таким образом, осуществление суброгации предполагает реализацию материально-правовых и процессуально-правовых элементов как единого взаимосвязанного механизма. Следовательно, право требования первоначального кредитора (страхователя, выгодоприобретателя) переходит к другому лицу (страховщику) также с условием о договорной подсудности.

Заключение

Итак, подводя итоги вышеизложенному, на мой взгляд, представляется возможным сформулировать следующие выводы:
1. Суброгация представляет собой переход к страховщику права страхователя, выгодоприобретателя на возмещение расходов лицом ответственным за убытки;
2. Вместе с тем с одной стороны, суброгацию следует различать от уступки права (требования) кредитором другому лицу по соглашению (к примеру, цессия), так как в отличие от договорных форм перемены лиц в обязательстве правовое основание суброгации — закон. С другой стороны, суброгацию следует дифференцировать от регресса;
3. При осуществлении страховой выплаты (в имущественных видах страхования) страховщик заменяет страхователя, выгодоприобретателя как первоначального кредитора в обязательстве. Следовательно, при суброгации необходимо применять также правила о переходе прав кредитора к другому лицу (в данном случае страховщику), установленные в гл. 24 ГК РФ;
4. Суброгация отличается от регресса также тем, что в при переходе права (требования) к другому лицу течение срока исковой давности заново не начинается, и должник может заявить о пропуске установленного срока точно так же, как если бы вместо нового кредитора действовал старый. По регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается с момента исполнения основного обязательства;
5. Перешедшее к страховщику право требования реализуется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем, выгодоприобретателем — первоначальным кредитором в обязательстве и лицом, ответственным за убытки — должником;
6. Осуществление суброгации подразумевает реализацию материально-правовых и процессуальных элементов как единого взаимосвязанного механизма. В силу этого, право требования первоначального кредитора (страхователя, выгодоприобретателя) переходит к другому лицу (страховщику) также с условием о договорной подсудности.
Таким образом, вопросы, возникающие в связи с осуществлением суброгации в страховании, вызывают споры как в науке, так и в правоприменительной практике. В обозначенных условиях исследование правовой природы, материально-правовых и процессуальных особенностей данного института приобретает важное теоретическое и прикладное значение.


Библиографический список
  1. Собрание законодательства РФ. 1996. № 5. Ст. 410.
  2. Собрание законодательства РФ. 1999. № 18. Ст. 2207.
  3. Тропская С.С., Романовский С.В., Цинделиани И.А. Страховое право: Учебное пособие / Под ред. И.А. Цинделиани. М.: РАП, 2011 (+CD).
  4. Щербакова А.Ю. Понятие и природа суброгации // Юрист. 2008. № 9.
  5. Кораев К.Б. Понятие цессии, суброгации и регресса в гражданском праве России // Нотариус. 2008. № 3.
  6. Егиазаров В.А. Правовая природа регрессных требований и возможность голосования регрессными требованиями на первом собрании кредиторов кредитной организации, в отношении которой введена процедура наблюдения // Право и экономика. 2003. № 4; Новицкий И.Б. Регрессные обязательства между социалистическими хозяйственными организациями. М.: Государственное издательство юридической литературы, 1952; Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. М., 1940.
  7. Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 г. № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования» // Вестник ВАС РФ. 2004. № 1.
  8. Сахаров А.В. Понятие и правовая природа регрессного обязательства // Юриспруденция. 2009. № 16.
  9. Собрание законодательства РФ. 2002. № 18. Ст. 1720.
  10. Определение Санкт-Петербургского городского суда от 13.12.2012 № 33-17638.
  11. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013. № 8.
  12. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013. № 5.
  13. Российская газета. 2015. № 21.
  14. Собрание законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.
  15. Собрание законодательства РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.
  16. Постановление ФАС Московского округа от 07.06.2007 по делу № А40-76727/06-24-594.


Все статьи автора «Kalatozi D.G.»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: