УДК 34

РАЗГРАНИЧЕНИЕ КАТЕГОРИЙ «СЛУЧАЙ» И «НЕПРЕОДОЛИМАЯ СИЛА»

Головин Никита Михайлович
Пермский государственный национальный исследовательский университет
Аспирант кафедры гражданского права

Аннотация
Статья посвящена исследованию одной из самых «древних» проблем гражданского права – разграничению казуса и непреодолимой силы. Анализируются известные теории, посвященные данному вопросу, указываются скрытые в них недостатки. Делается вывод, что разрешить заявленную проблему невозможно, не учитывая, что категория «случай» охватывает два сущностно различных и взаимно не пересекающихся явления: случай внешний и случай внутренний, имеющих между собой общего меньше, чем каждый их них по отношению к феномену непреодолимой силы. И потому разграничение с непреодолимой силой должно проводиться отдельно для каждой разновидности случая.

Ключевые слова: внешний характер, гражданско-правовой случай (казус), непредотвратимость, непреодолимая сила, чрезвычайность


DELINEATION OF THE CATEGORIES «CIVIL-LAW CASUS» AND «INSURMOUNTABLE FORCE»

Golovin Nikita Mihaylovich
Perm State National Research University
Post-Graduate student of Civil Law

Abstract
The paper is devoted to one of the «ancient» problems of civil law - delineation civil-law casus and insurmountable force. The author states that the known theories on this matter are characterized by disadvantages. It is concluded that it is impossible to resolve the stated problem not taking into account what category of «civil-law casus» covers two different and mutually disjoint phenomenon: the outer casus the and the inner casus which coincide with each other less than either of them in relation to the phenomenon of insurmountable force. Therefore delineation with insurmountable force should be carried out separately for each type of civil-law casus.

Keywords: civil-law casus, external nature, extraordinary, insurmountable force, non-preventable


Библиографическая ссылка на статью:
Головин Н.М. Разграничение категорий «случай» и «непреодолимая сила» // Политика, государство и право. 2013. № 2 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2013/02/653 (дата обращения: 28.09.2017).

Проблема, вынесенная в заголовок настоящей работы, относится к числу неисчерпаемых проблем классического гражданского права. Вряд ли можно обнаружить учебник по гражданскому праву или исследование, посвященное вопросам юридической ответственности, деликтным обязательствам, не включавшую попытку отграничить непреодолимую силу от простого случая (казуса). Однако не представляется возможным сказать, что было разработано огромное многообразие теорий, напротив, все они сгруппированы вокруг нескольких основных течений, каждое из которых плодотворно критикует недостатки иных взглядов, но не в силах преодолеть свою внутритеоретическую неполноту. Поэтому видится необходимым разработать новую теорию, которая впитала бы в себя все достижения предшествующих, преодолев при этом их ошибочные положения. В рамках настоящей статьи будет предпринята попытка разработки именно такой позиции.

Все многообразие теорий, направленных на разграничение случая и непреодолимой силы, можно свести к нескольким основным направлениям.

Последователи первого направления считают, что непреодолимая сила отличается от случая признаками чрезвычайности и непредотвратимости [1, с. 439-440; 2, с. 14]; или же исключительно признаком непредотвратимости [3, с. 211].

Имеет смысл разобрать предложенные критерии по отдельности. Хотя и нельзя согласиться, что любой простой случай является «в той или иной мере чрезвычайным» [см.: 4, с. 29; 5, 129] (допустим, не выходящие за пределы казуса обычные колебания сил природы никак не могут быть названы чрезвычайными), но многие казусы чрезвычайностью действительно характеризуются. Достаточно сказать, что даже сильнейшие разрушительные природные стихии, влекущие введение режима чрезвычайной ситуации, затрагивая конкретное обязательство, не всегда приводят к невозможности его исполнения, тем самым не признаваясь непреодолимой силой и оставаясь в рамках простого случая.  Проиллюстрируем примером. Апелляционная инстанция, оставляя в силе обжалуемое решение, указала, что суд первой инстанции правомерно отклонил довод истца о наступлении обстоятельств непреодолимой силы, который, по его мнению, подтверждается Указом Президента РФ о введении режима чрезвычайной ситуации (введенного в связи с сильной засухой). В удовлетворении жалобы было отказано постольку, «поскольку истец не является производителем сельскохозяйственной продукции, … им не представлено никаких доказательств того, что он был лишен возможности закупить товар в иных субъектах Российской Федерации, не подверженным влиянию неблагоприятных природных условий, а также приобрести предусмотренный контрактом товар в государствах дальнего и ближнего зарубежья» [6].

Кроме того, бесконтрольное проявление вредоносных свойств источника повышенной опасности, относящееся к казусу, также является чрезвычайным. Приведем уместный пример. Как было сказано в одном и судебных актов, «автомобиль получил механические повреждения в результате прорыва трубопровода (следствие опрессовочных работ), …вины водителя К., управлявшей автомобилем в момент его повреждения, … не установлено. … К.  не могла предположить, что во время движения могут вылететь посторонние предметы, поэтому происшествие квалифицируется как казус (случай)» [7]. Внезапность и экстраординарность, т.е. чрезвычайность данного обстоятельства не вызывает сомнений, однако оно обоснованно было признанно казусом, а не непреодолимой силой.

Суммируя вышесказанное, можно сказать, что признак чрезвычайности недостаточен в деле отграничения простого случая от непреодолимой силы.

Мнение о предотвратимости казуса также разделяется не всеми. «Если возможность предотвращения вреда была действительно реальной, то, очевидно, и предвидение было или должно было быть реальным. А при таком положении поведение причинителя следует признать виновным; он должен нести ответственность за вину» [8, с. 31; 9, с. 356; 10, с. 66] – справедливо указывал Н.С. Малеин.

Совершенно очевидно, что случай может характеризоваться как чрезвычайностью, так и непредотвратимостью, и разграничить его от непреодолимой силы только на основе данных критериев невозможно.

Следующая теория базируется на том, что случай характеризуется субъективной непредотвратимостью, а непреодолимая сила – объективной непредотвратимостью. Иногда, касаясь вопроса о непреодолимой силе, судебные органы указывают в своих актах: «ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость» [11; 12].

Вместе с тем, на вопрос, а что же есть субъективная и объективная непредотвратимость, юристы отвечают по-разному.

Некоторые полагают, что случай непредотвратим в силу невозможности предвидения, а непреодолимая сила – независимо от предвидения [13, с. 127; 14,  с. 51]. С этим трудно согласиться: хотя некоторые непреодолимые обстоятельства действительно непредотвратимы независимо от предвидения, но другие могут быть предотвращены при знании обстановки наступления деструктивного явления.

Например, «наводнение в г. Серове возникло вследствие чрезвычайного события – прорыва плотины Киселевского водохранилища в период весеннего половодья дождевого паводка «очень редкой повторяемости». Однако специалисты установили, что прорыва плотины удалось бы избежать, если бы персонал гидроузла заблаговременно был предупрежден о масштабах предстоящего паводка и не начал бы штатных операций по накоплению воды в водохранилище» [цит. по: 13, с. 140]. В числе прочего невозможность предупреждения последствий стихии была обусловлена и непредвиденностью ее наступления.

Поэтому зависимость непредотвратимости от предвидения не может служить водоразделом для разграничения случая от непреодолимой силы.

В соответствие с мнением других юристов, субъективная непредотвратимость означает непредотвратимость исходя из «возможностей данного конкретного лица». А объективная непредотвратимость – непредотвратимость «не только для данного правонарушителя, но и для других лиц, однотипных по роду и условиям деятельности» [15, с. 102; 16, с. 43; 17, с. 229].

Иногда это мнение излагается в иной словесной оболочке: под простым (неквалифицированным) случаем понимается обстоятельство, которое вообще-то предотвратимо при данном уровне развития науки и техники, но которое при данных конкретных условиях оказалось случайным» [18, с. 115].

Или подчеркивается, что при ссылке на непреодолимую силу мало доказать принятие мер заботливости и осмотрительности, должнику необходимо «доказать объективную невозможность надлежащего исполнения, т.е. тот факт, что даже если бы он (как, впрочем, и любое находящееся на его месте лицо) проявил более заботливости и осмотрительности, чем те, что от него требовались (включая максимально возможную (наибольшую, наилучшую) в данных обстоятельствах заботливость и осмотрительность), то он все равно бы не смог исполнить обязательство» [19].

Представляется, что дифференцирование субъективно и объективно (сверх) возможных мер по недопущению (или) ликвидации последствий обстоятельства, является крайне необоснованным. Явление не может быть предотвратимо с точки зрения субъективной и непредотвратимо с позиций объективного критерия. Единственный разумный критерий непредотвратимости – непредотвратимость с точки зрения возможностей правонарушителя и лиц, однотипных с ним по роду и условиям деятельности. Непредотвратимость с точки зрения всеобщих возможностей целого социума – это лишь формальная возможность предотвратить вред. Вспоминается в связи с этим гегелевское учение о диалектике возможности и действительности: «формально возможно все, что не противо­речит себе, тождественно с собой. Возможно, например, что сегодня Луна упадет на Землю, турецкий султан сделается римским папою. Однако формальной возможности противостоит другая возможность, т.е. невозможность в отношении первой. Формальная возможность, по­этому по сути дела есть невозможность» [20, с. 98]. И точно так же формальная (объективная) предотвратимость есть непредотвратимость.

Более того, зачастую воздействие простого случая обладает куда более сильными, чем непреодолимая сила количественным и (или) качественными характеристиками. Пример: Верховный суд РФ отменил постановление суда кассационной инстанции, которым было отказано в удовлетворении требований П. к газоснабжающей организации о возмещении вреда, причиненного самопроизвольным взрывом газо-бытовой смеси. В обоснование было указано: «ответственность за вред, причиненный действием источника повышенной опасности, должна наступать как при целенаправленном их использовании, так и при самопроизвольном проявлении их вредоносных свойств» [21].

Как видим, вред был причинен в результате самопроизвольного проявления вредоносных свойств источника повышенной опасности, т.е. в результате казуса, а не непреодолимой силы. Однако можно ли говорить о какой-либо «объективной предотвратимости» данного эксцесса? Думается, что взрыв газо-бытовой смеси, по своей правовой природе не выходящий за рамки казуса, имеет гораздо более сильные и мощные разрушительные последствия, чем иные обстоятельства непреодолимой силы. И говорить о том, что такой казус можно предотвратитить, приложив меньшие, чем к предотвращению непреодолимой силы усилия, не представляется возможным.

Исходя из всего изложенного, теория объективной/субъективной непредотвратимость также не может быть взята за основу.

Следующая попытка прочертить границу между случаем и непреодолимой силой состоит в придании квалифицирующего критерия признаку внешнего характера, присущего непреодолимой силе, и несвойственного для случая. Однако практически все исследователи используют данный критерий аккуратно и не абсолютизируют его значение, поскольку «дождь, град, гололед носят внешний характер, но не являются экстраординарными, то есть не могут быть отнесены к непреодолимой силе» [15, с. 74].

По справедливому замечанию И.Б. Новицкого, «если правильно положение о том, что «непреодолимая сила» есть объективно-случайное событие, то нельзя сказать, что всякое объективно-случайное событие есть «непреодолимая сила»» [22, с. 184]. Иными словами, любое обстоятельство непреодолимой силы есть внешнее, но не любое внешнее обстоятельство есть непреодолимая сила.

Пожалуй, лишь О.В. Дмитриева считает внешний к деятельности лица характер единственным и достаточным критерием разграничения [23, с. 150]. Хотя, безусловно, этого недостаточно для решения поставленной задачи.

Еще одна разработанная в отечественной цивилистической науке теория отграничения случая от непреодолимой силы получила названии «теория необходимых и случайных связей». Первым ее изложил Д.М. Генкин в 1949 году: «понятие казуса – простого случая – лежит в ряду понятия виновности … вина и казус лежат в ряду необходимой причинности, непреодолимая же сила связана с понятием случайной причинности» [24, 73]. Впоследствии данная концепция пользовалась значительной популярностью в СССР [25, с. 96; 9, с. 361].

«Необходимая причинная связь означает, что результат вытекает из наиболее существенных явлений, лежащих в основе процесса – писал один из апологетов учения Д.М. Генкина В.А. Ойгензихт – а при случайной – связь между поведение и результатом чрезвычайно отдалена, носит внешний характер, поведение лица не должно было повлечь данный результат [26, с. 30].

«Причины подразделяются на два вида: на создающие возможность и на превращающие ее в действительностью. Одна и та же причина в одних условиях создает лишь возможность, а в других – действительность наступления результата» [27, с. 27] – модернизировал исходные постулаты теории О.С. Иоффе.

Однако многие ученые подвергли причинную теорию строгой критике.

«С точки зрения философии случайных причинных связей быть не может, поскольку связь между причиной и следствием всегда является необходимой» [28, с. 94] так звучит один из контраргументов. Однако это замечание не соответствует действительности, достаточно привести отрывок из монументального труда по материалистической диалектике: «отношение между причиной и следствием могут выступать в двух формах: необходимой и случайной. Необходимость выражает неизбежность наступления того или иного следствия в силу внутренней связи между ними. Случайность же не выражает такой неизбежности, и … может быть охарактеризована как то, что может быть, а может и не быть в действительности» [29, с. 103]. Философы тоже делят причинность на случайную и необходимую, что неудивительно, поскольку каждая группа категорий диалектики тесно взаимосвязана с другими группами.

Следующие доводы противников теории сводятся к тому, что «причинная связь … либо есть, либо нет, и ее нельзя разграничивать на случайную и необходимую» [30, с. 241]; «термин «причинно-случайная связь» не означает вид причинной связи, а говорит об отсутствии таковой» [31, с. 106].

Эти доводы тоже небесспорны: причинная теория не отрицает, что любое следствие связано со своей причиной необходимо, вопрос в том, что же явилось необходимой причиной нарушения договора или причинения вреда. На предмет случайности исследуется деятельность лица – если она лишь случайно (внешне, незначительно) вклинена между объективным обстоятельством и его деструктивными последствиями, то имеет место непреодолимая сила. А чем, если не случайным фактором является лицо, поставленное в состояние невозможности исполнить договор или выступающее как орудие в руках стихии при причинении вреда? Он – лишь случайный и отдаленный момент в бесконечной цепи причинно-следственных взаимодействий.

Недостаток теории причинных связей видится в ином: «причинная теория непреодолимой силы … не дает ответа на вопрос о том, что же представляет собой явление непреодолимой силы» [32, с. 183]. С этим следует согласиться в том смысле, что делая акцент на философской составляющей, она не учитывает формально-юридические критерии. Несмотря, но то, что и казус, и непреодолимая сила имеют свое метапроисхождение в философских категориях необходимости и случайности, но вместе с тем они являются не философскими, а правовыми явлениями и не могут быть объяснены исключительно на философской основе без привлечения правового инструментария.

Таким образом, ни одна из изобретенных теорий разграничения случая и непреодолимой силы не способна решить эту задачу. Думается, что исходная ошибка лежит в понимании правовой категории «случай (казус)». Дело в том, что в юриспруденции понятие «случай» охватывает два сущностно различных и взаимно не пересекающихся явления: случай внешний и случай внутренний, имеющих между собой общего меньше, чем каждый их них по отношению к феномену непреодолимой силы. Между тем, цивилисты, забывая про сущностное различие внешнего и внутреннего случая, пытаются дать универсальный критерий, выводят общие формулы, как то: случай является антиподом вины [См.: 15; 9], а непреодолимая сила – квалифицированным видом случая [33, с. 681; 34, с. 121; 5, с. 132].

Но антиподом вины является лишь внутренний случай, в то время как непреодолимая сила выступает квалифицированным (т.е. обладающим признаком непредотвратимости) видом исключительно внешнего случая.

Доминирует в отечественной гражданско-правовой литературе такое понимание казуса: «безвиновное состояние, при котором причинитель не мог и не должен был предвидеть и предотвратить  вредные последствия своих действий» [35, с. 274-275]. Противоположное видение принадлежит чешскому юристу В. Кнаппу: «в действительности вина и случай не являются противопоставляемыми и их нельзя сравнивать. Вина характеризует субъективную сторону правонарушения, тогда как случай является объективной категорией» [Цит. по:, с. 248]. Но ученый при этом абсолютизирует внешний и не учитывает внутренний случай.

Игнорирование дуализма казуса приводит к внутренне противоречивым суждениям теоретиков. Вот самые характерные примеры.  «Случай – психическое отношение субъекта к своим действиям, при котором он не знал и не должен был знать о возможности наступления вредных последствий» – сказано в работе Е.А. Павлодского [15, с. 30].

Вместе с тем, в специальном параграфе, озаглавленном «Ответственность за случай в договорных обязательствах» к числу таких «простых случаев» автор отнес иные кроме вызванных стихийными обстоятельствами неблагоприятные условия распространения радиоволн (в обязательствах, направленных на предоставление услуг связи); простой вагонов, возникший вследствие аварии тепловоза; а также град, дождь, гололед [15, с. 19, 22, 74]. Но какое же это психическое отношение? Напротив, это объективные события, имеющие происхождение извне (за пределами деятельности лица) и с субъективной стороной лица никак не связанные

В.А. Белов поступает противоположно: определяет случай как «непредвиденное событие, ставшее причиной совершения лицом противоправных вредоносных действий» [37, 973]. И приводит пример: шар после удара бильярдиста вылетел на улицу, пробил стеклянную крышу соседнего дома и упал на дорогую вазу, тем самым разбив ее. А вот это уже не событие, а именно состояние психики, когда лицо не могло знать о последствиях своих действий.

Все это говорит о том, что нельзя разграничить случай и непреодолимую силу, не дифференцируя саму категории «случай». Попытка сделать это была предпринята рядом авторов, выделявших субъективный случай (определяемый через психическое отношение) и объективный случай (как внешнее явление, существующее независимо от воли лица). Разновидностью последнего они называли непреодолимую силу [38, с. 120; 39, с. 54]. Однако по невыясненным причинам значение случая как категории гражданского права эти исследователи сохраняли лишь для «субъективного случая», среди «объективного случая» придавая юридическое значение лишь непреодолимой силе, не доведя тем самым до конца свое в целом логичное учение.

Представляется, что надо говорить не об объективном и субъективном, а о внутреннем и о внешнем случае, поскольку оба из них объективны в равной степени, т.к. возникают независимо от воли и сознания лица.

Итак, как уже неоднократно упоминалось в исследовании, многие казусы непредотвратимы не менее чем непреодолимая сила. Эти характеристики свойственны внутреннему казусу, который чаще всего заключается в неподконтрольном проявлении вредоносных свойств источника повышенной опасности. Вот пример. «Причинение вреда вследствие разрушения в процессе эксплуатации механизмов принадлежащего ответчику автомобиля согласно ч. 3 ст. 401, ч. 1 ст. 1079 ГК РФ не может быть расценено как действие непреодолимой силы, поскольку причинение вреда было вызвано неконтролируемым проявлением внутренних свойств самого источника повышенной опасности» [40] – сказано в судебном постановлении. Человек не способен принять меры по недопущению и (или) ликвидации вредоносного воздействия внутренне присущих источнику повышенной опасности свойств.

Что касается внешнего случая, то он, как и непреодолимая сила, происходит извне, однако в силу своих слабых количественных и (или) качественных характеристик лишь способствует причинению вреда, но не предопределяет его, не является его решающей и необходимой причиной (при причинении внедоговорного вреда), либо затрудняет исполнение обязательства, не делая его абсолютно невозможным (при нарушении договора). В конечном счете, неблагоприятные последствия становятся возможными в результате противоправного поведения делинквента, выражающегося в непринятии мер для недопущения и (или) ликвидаций последствий внешнего явления.

Проиллюстрируем примером. Разрешая заявленные требования, суд исходил из того, что ДТП не является результатом непреодолимой силы, поскольку в данном случае Б. фактически не справился с управлением источника повышенной опасности. Водитель перед выездом не проверил и не обеспечил в пути исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями по обеспечению безопасности дорожного движения [41]. Хотя на владельца автомобиля и воздействовала природная стихия, но ее воздействие могло быть устранено/предотвращено посредством принятия надлежащих мер безопасности, что, однако, сделано не было.

Подводя итог, можно сказать, что ни одна из известных теорий разграничения случая и непреодолимой силы не может быть признанна окончательно разработанной. Причина заключается в том, что цивилисты забывают, что категория «гражданско-правовой случай (казус)» охватывает два неоднородных явления: внешний и внутренний казус. Внутренний казус, как и непреодолимая сила, характеризуется признаком неустранимости последствий, но отличается от нее тем, что имеет внутренне происхождение в сфере деятельности лица. Тогда как внешний казус, имея, как и непреодолимая сила, внешнее по отношению к деятельности лица происхождение, в отличие от последней не характеризуется признаком неустранимости последствий.


Библиографический список
  1. Советское гражданское право. Учебник. Т. 1 / Отв. Ред. Иоффе О.С.Толстой Ю.К.Черепахин Б.Б. Л.: Изд-во ЛГУ. 1971. 472с.
  2. Гавзе Ф.И. Возмещение вреда, причиненного механизированным транспортом. Минск: Университетское, 1988. 46с.
  3. Невзгодина Е.Л. Вина как условие ответственности во внедоговорных обязательствах по законодательству Российской Федерации // Вестник Омского университета. 2010. № 3. С. 210-214.
  4. Кравцов  А. Понятие непреодолимой силы // Советская юстиция. 1966. № 1. С. 17-18.
  5. Ячменев Ю.В. Случай и непреодолимая сила в гражданском праве. СПб.: СПбИВЭСЭП, 2009. 149с.
  6. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2011 № 09АП-9050/2011 // СПС «КонсультантПлюс».
  7. Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2012 № 18АП-10425/2012 // http://ras.arbitr.ru(проверено 15.09.2012).
  8. Малеин Н.С. Вина – необходимое условие ответственности // Советское государство и право. 1972. № 1. С.28-35.
  9. Новицкий И. Б., Лунц Л. А. Общее учение об обязательстве. М., 1950. 416с.
  10. Ойгензихт В.А. Категория «риска» в советском гражданском праве // Правоведение. 1971. № 5. С. 64-68.
  11. Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 31.09.2012 по делу №  А29-296/2012 // http://ras.arbitr.ru(проверено 15.09.2012).
  12. Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2013 по делу №А42-4303/2012 // http://ras.arbitr.ru(проверено 18.02.2013).
  13. Каплунова Е.С. Непреодолимая сила и смежные с ней понятия: дис. … канд. юрид. наук. Томск. 2005. 230с.
  14. Захарова О.Н. Непреодолимая сила и гражданско-правовая ответственность. Дис. … канд. юрид. наук. Иркутск. 2005. 175с.
  15. Павлодский Е.А. Случай и непреодолимая сила в гражданском праве. М.: «Юрид. лит», 1978. 104с.
  16. Белякова А.М. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М.: Изд-во МГУ, 1967. 56с.
  17. Глянцев В.В., Донцов С.Е. Возмещение вреда по советскому законодательству. М.: «Юрид. лит», 1990. 272с.
  18. Гуревич М.Г. Некоторые вопросы ответственности владельцев источников повышенной опасности за причиненный вред // Ученые записки. Пермь, 1966. № 164. С. 105-120.
  19. Белов В.А. Практика применения гражданского кодекса Российской Федерации части первой // СПС «Гарант».
  20. Орлов В.В. История человеческого интеллекта Части 1,2. Пермь: Издательство Пермского университета. 2002. 363с.
  21. Бюллетень Верховного суда РФ. 2007. № 11. С.25-26.
  22. Новицкий И.Б. Сделки, исковая давность. М.: Госюриздат, 1954. 247с.
  23. Дмитриева О.В. Ответственность без вины в гражданском праве: дис. … канд. юрид. наук. Спб., 1996. 188с.
  24. Генкин Д.М. Выступление в рубрике «Хроника научной жизни» // Советское государство и право. 1949. № 11. С.73.
  25. Матвеев Г.К. О понятии непреодолимой силы в советском гражданском праве // Советское государство и право. 1963. № 8. С.95-105.
  26. Ойгензих В.А. Имущественная  ответственность в  хозяйственных договорах (учебное пособие). Душанбе: Тадж. гос. ун-т им. В.И. Ленина, 1980. 111с.
  27. Иоффе О.С. Обязательства по возмещению вреда. Ленинград: Изд-во Ленингр. ун-та, 1952. 126с.
  28. Попондопуло В. Ф. Ответственность за нарушение обязательств: общая характеристика и проблемы // Ленинградский юридический журнал. 2010. № 1. С. 79-101.
  29. Материалистическая диалектика: краткий очерк теории / Лекторский В.А., Федосеев П.Н., Фролов И.Т., Швырев В.С., и др. М.: Политиздат, 1985. 350с.
  30. Градобоева З.В. Непреодолимая сила в гражданском праве России // Цивилистические записки: Межвузовский сб. научных трудов. М.: Статут — Екатеринбург: Институт частного права, 2002. Вып. 2. С. 235-257.
  31. Павлодский Е.А. Причинная обусловленность вреда при действии непреодолимой силы // Советское государство и право. 1972. № 7. С. 102-106.
  32. Черепахин Б.Б. Рец. на кн. Б.С. Антимонова «Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности» // Сов. государство и право. 1953. № 6. С. 181-184.
  33. Гражданское право: учебник: в 3 т. Т. 1 / Отв. ред. Ю.К.Толстой, А.П.Сергеев. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2005. 776с.
  34. Каминская П.Д. Основания ответственности по договорным обязательствам // Вопросы гражданского права. Сборник статей. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1957. С. 56-144.
  35. Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев: Изд-во Киевского ун-та. 1951. 307с.
  36. Варкалло В. Ответственность по гражданскому праву / Под ред. Братуся С.Н. М.: Прогресс, 1978. 328с.
  37. Белов В.А. Гражданское право. Том 2. Общая часть. Лица, Блага, факты. М.: Юрайт, 2012.1093с.
  38. Ойгензихт В.А. Проблема риска в гражданском праве. Душанбе: Изд. «Ифрон», 1972. 225с.
  39. Собчак А.А. О некоторых спорных вопросах общей теории правовой ответственности // Правоведение. 1968, № 1. С. 49-57.
  40.  Постановление ФАС УО от 12.02.2001 по Делу № Ф09-90/01-ГК // СПС «КонсультантПлюс».
  41. Определение Московского городского суда от 1.06.2012 № 4г/8-4317// // СПС «КонсультантПлюс».


Все статьи автора «Головин Никита Михайлович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: