УДК 37.058.5

ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА В ОТНОШЕНИИ ОБУЧЕНИЯ ПОЛЯКОВ-БЕЖЕНЦЕВ В ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Сулимов Вадим Сергеевич
Тобольская государственная социально-педагогическая академия им. Д.И. Менделеева
кандидат исторических наук, доцент кафедры экономики, управления и права

Аннотация
В статье рассматривается политика государства относительно обучения поляков-беженцев в Западно-Сибирском учебном округе периода первой мировой войны. Беженцам предоставлялось право обучаться в школах Западной Сибири. Учащимся-беженцам оказывали помощь школы и благотворительные общества в приобретении книг, учебных пособий, одежды, взносе платы за учение. Министерство народного просвещения разрешало открывать частные начальные школы для обучения поляков. Для взрослых беженцев устраивались курсы грамоты. В связи с событиями на Украине и приемом беженцев на территории России данная тема довольно актуальна.

Ключевые слова: беженцы, благотворительные общества, гимназия, государство, католики, Первая мировая война, поляки, училища, частные школы


THE STATE POLICY IN REGARD TO THE EDUCATION OF POLES REFUGEES IN WESTERN SIBERIA DURING THE FIRST WORLD WAR

Sulimov Vadim Sergeevich
Tobolsk state social-pedagogical Academy. DI Mendeleev
candidate of historical Sciences, associate Professor of Economics, management and law

Abstract
The article considers the state policy on education for Polish refugees in the West Siberian school district during the first world war. Refugees were granted the right to study in schools ofWestern Siberia. Students refugees assisted schools and charities in the purchase of books, manuals, service, payment of fees for teaching. The Ministry of national education were allowed to open private primary schools for the training of poles. Adult refugees were organized courses of ratification. In connection with the events inUkraine and the reception of refugees inRussia this theme is rather actual.

Keywords: Catholics, charities, gymnasium, poles, private schools, refugees, schools, state, the First world war


Библиографическая ссылка на статью:
Сулимов В.С. Политика государства в отношении обучения поляков-беженцев в Западной Сибири в годы Первой мировой войны // Политика, государство и право. 2014. № 7 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2014/07/1777 (дата обращения: 05.05.2017).

В годы Первой мировой войны в Западной Сибири происходило увеличение количества польских беженцев, стремящихся получить образование, не смотря на тяготы военного времени. Ранее вопросы, связанные с обучением поляков, рассматривались в ряде публикаций [1; 2; 3]

Проблема обучения поляков беженцев решалась распределением учащихся по учебным заведениям Министерства народного просвещения всех типов (далее МНП – В.С.) В средних учебных заведениях Томска в 1915-1916 учебном году наблюдалась следующая картина. В губернской гимназии обучалось 9 беженцев, во второй мужской гимназии один поляк. Во 2-е реальное училище было принято два поляка. В Томской Мариинской женской гимназии занимались 11 беженок [4, л. 191, 196, 230, 237].

В Барнауле в мужской гимназии обучался один поляк, в женской гимназии, учрежденной М.Ф. Будкевич, 6 девочек. В женскую прогимназию поступили две сестры, освобожденные от платы за учение [4, л. 221, 277, 235-235об.].

В Ново-Николаевске в женской гимназии появились 4 польки, в женской прогимназии – одна. В Каинской мужской гимназии обучались два беженца. В Мариинской женской гимназии – одна полька [4, л. 212об., 248, 271, 272, ].

В Омске в мужскую гимназию было принято 6 поляков. В первой женской гимназии учились 4 беженки, во второй женской гимназии – 6. В Омском низшем механико-техническом училище бесплатно обучался один беженец. В Омском 1-ом высшем начальном училище (далее ВНУ – В.С.) учились 2 поляка. Книги и учебные пособия закупались для учеников из сумм собранных от процентных ежемесячных отчислений с преподавателей. В Атамановском ВНУ обучалось 5 католиков [4, л. 193, 203, 233, 241, 286-286об., 289].

В городские начальные приходские училища Омска в 1915-1916 учебном году было принято 30 мальчиков и 27 девочек, из них 48 поляков. Учащимся выдавались книги, учебные принадлежности, одежда и обувь от Комитета беженцев и Римско-католического общества. Отдельная школа для беженцев открылась при Омском средне-хозяйственном училище и в помещении убежища для беженцев. Православные составляли половину учащихся [4, л. 280].

В Тобольской мужской гимназии обучался один беженец. В Тобольском мужском ВНУ – 2. В Тюменской женской гимназии учились 3 польки. В Тюменском 1-ом мужском ВНУ обучалось 3 поляка, во 2-м ВНУ – один [4, л. 223, 226, 256, 257, 264, ].

В Ялуторовской женской прогимназии польку приняли во 2 класс. Плату за обучение в размере 14 руб. внесли ее родители. В материальной помощи ученица не нуждалась. Обучалась совместно с другими девушками. В приходском училище Ялуторовска и сельских училищах уезда находилось 4 поляка [4, л. 199, 265об.].

В Курганскую мужскую гимназию поступил поляк, имеющий состоятельных родителей. Потому никакими пособиями и освобождением от платы за учение не пользовался. В Курганскую женскую гимназию приняли 4 польки [4, л. 210, 215].

При необходимости благотворительными обществами вносилась плата за обучение беженцев. Оказывалась помощь книгами, одеждой. Государство не препятствовало деятельности обществ в данном направлении [4, л. 197].

В городах ощущался недостаток школ для получения детьми поляков беженцев начального образования. Активную роль в организации школ для беженцев играл попечитель Варшавского учебного округа (далее ВУО – В.С.), находящийся в Москве. В марте1916 г. он уведомил попечителя Западно-Сибирского учебного округа (далее ЗСУО – В.С.), что вследствие ходатайства Совета съездов польских организаций помощи жертвам войны, им было дано разрешение на временное открытие и содержание Курганским отделением Общества вспомоществования бедным семействам поляков, участвующих в войне, и бедствующему польскому населению, пострадавшему от военных действий в г. Кургане, на основании правил 1 июля1914 г. частного одноклассного начального училища для детей обоего пола поляков-беженцев [4, л. 170-170об.].

Затем Совет съездов польских организаций помощи жертвам войны ходатайствовал перед попечителем ВУО о разрешении Центральному обывательскому комитету  по оказанию помощи пострадавшему населению Царства Польского (далее ЦОК – В.С.) открыть и содержать временно в г. Тюмени частное одноклассное начальное училище для обоего пола детей беженцев-поляков, с преподаванием на польском языке. Со стороны попечителя ЗСУО Тихомирова не встречалось препятствий к открытию в Тюмени школы для детей беженцев. 5 декабря  1916 г. попечитель ВУО разрешил ЦОК открыть и содержать в Тюмени данное училище. Было разрешено также открыть одноклассное училище для поляков беженцев  в Томске [4, л. 177, 326, 341, 342].

Управление ВУО 21 сентября1916 г. в соответствии с указаниями МНП дало разрешение польским организациям  по оказанию помощи жертвам войны, а также некоторым лицам содержать в ЗСУО временно частные начальные училища для детей беженцев Привислинского края и низшие курсы для взрослых беженцев-поляков [4, л. 308].

Министерства длительное время согласовывали нормативную базу для открытия школ. 10 ноября1916 г. МНП уведомило попечителя ЗСУО о том, что в связи с ходатайством Совета съездов польских организаций по соглашению с МВД, министерство признало возможным временно разрешить лицам домашнего образования  обучать детей начальной грамоте на польском языке в приютах для детей беженцев-поляков не старше 12 лет, открываемых польскими организациями. При этом дети старше 9 лет должны были обучаться и грамоте на русском языке. Кроме общего порядка открытия частных начальных школ для детей беженцев поляков, право разрешения на открытие этих школ предоставлялось попечителю ВУО, в случае непосредственного обращения к нему подобных ходатайств. Так же при открытии начальных школ для детей беженцев поляков, как относительно самого права на открытие таких школ, так и относительно благонадежности учредителей последних следовало основываться на удостоверениях, выдаваемых ЦОК, с тем, чтобы к обучению в  школах допускались лишь исключительно дети беженцев поляков Привислинского края. К тому же допуск лиц домашнего образования без соответственного образовательного ценза разрешался лишь в отдельных случаях. ЦОК следовало о каждом случае выдачи удостоверения о благонадежности учредителя начальной польской школы для детей беженцев незамедлительно доводить до сведения местного гражданского начальства. Данное начальство, собрав сведения о благонадежности учредителя, могло решать вопрос о дальнейшем оставлении его в школе [4, л. 327-328].

Необходимо было решать проблему образования взрослых беженцев. 8 мая1916 г. попечитель ВУО сообщил Томск об очередной инициативе ЦОК временно открыть в Тюмени частные низшие курсы грамоты для взрослых беженцев поляков, с преподаванием на польском языке. В1916 г. курсы в Тюмени находились в стадии организации, занятия не начинались. Цель курсов состояла в занятии с пользой свободного времени беженцев – «слабосильных и престарелых», неспособных выносить тяжелый физический труд. На курсы записались даже 70-летние женщины. Учителей еще не подобрали [4, л. 182, 184].

В станице Атамановской Акмолинской области также планировалось открыть низшие курсы для взрослых беженцев поляков. Однако не имелось пригодных помещений для их устройства. К тому же в Омске находилась римско-католическая школа. В результате войсковой наказной атаман Сибирского казачьего войска высказал пожелание об организации школы для беженцев в Омске [4, л. 352].

Решался вопрос с педагогическим персоналом для польских школ. 25 августа1916 г. к попечителю ЗСУО обратилась с прошением Янина Прухницкая, дочь ревизора службы тяги Томской железной дороги. Закончив гимназию в Тарновском монастыре, в Галиции, девушка просила разрешить преподавать в частной польской школе для беженцев и держать экзамен на звание домашней учительницы [4, л. 334]. Попечитель Тихомиров отправил данное прошение на заключение директору народных училищ Томской губернии.

ЦОК ставил перед попечителем ЗСУО вопрос о допуске к преподаванию на низших курсах грамоты на хуторе Атаманском Акмолинской области Стефании Ленк, состоявшей учительницей Омского реального училища. В дальнейшем выяснилось, что Ленк отказалась от преподавания на курсах, так как они устраивались не вечером, как предполагалось ранее, а утром, когда она была занята в реальном училище [4, л. 314, 316].

Государство поддерживало инициативу на местах по открытию частных школ и курсов грамотности для поляков-беженцев. В этом направлении осуществлялось взаимодействие министерств и ведомств, попечителей Варшавского и Западно-Сибирского учебных округов, благотворительных обществ. Планировалось открыть частные школы для детей поляков беженцев в Тюмени, Кургане и Томске, низшие курсы для взрослых беженцев в Тюмени и станице Атамановской Акмолинской области. Переписка об организации школ и курсов затянулась. Польские школы были открыты в Барнауле, Каинске, Ново-Николаевске.


Библиографический список
  1. Островский Л.К. Польская школа в Западной Сибири (1890-1920 гг.)// Вестник Томского государственного университета. Томск, 2012. История № 3 (19). С. 23-29.
  2. Сулимов В.С. Гимназии Ишима во второй половине XIX – начале XX веков. Тюмень: ТОГИРРО, 2012. 208 с.
  3. Сулимов В.С. Контроль государства за преподаванием Закона Божия учащимся инославных вероисповеданий в школах Западно-Сибирского учебного округа начала ХХ века // Политика, государство и право. – Июнь 2014. – № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2014/06/1733 (дата обращения: 25.06.2014).
  4. ГАТО (Государственный архив Томской области). Ф. 126. Оп. 2. Д. 2947.


Все статьи автора «Сулимов Вадим Сергеевич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: